books.sher.biz
Глава 9

Новый класс без вывески

Продолжение: Милован Джилас и правящая номенклатура

Продолжение: Милован Джилас и правящая номенклатура

Революционер, который разоблачил собственную революцию

Милован Джилас был не сторонним наблюдателем коммунизма, а одним из его высших руководителей — соратником Тито, вице-президентом Югославии, человеком, лично строившим систему, которую позже назовёт по имени. Именно поэтому его книга «Новый класс», вышедшая в 1957 году и стоившая ему тюремного срока, звучит не как внешняя критика, а как показание изнутри.

Тезис Джиласа звучит просто и от этого разрушительно: коммунистическая революция обещала уничтожить классы, но вместо этого создала новый правящий класс — не через владение частной собственностью, которую формально отменили, а через контроль над государственной собственностью, что оказалось функционально идентично владению, просто без документа о праве.

Собственность без документа

Партийный секретарь, распоряжающийся заводом, дачей, персональной машиной и распределителем дефицитных товаров, не мог продать завод по наследству сыну — в этом единственное юридическое отличие его положения от положения капиталиста. Но он мог обеспечить сыну место в лучшем университете, протекцию на первую руководящую должность, доступ к тому же самому распределителю благ — то есть передать привилегию фактически, просто не через завещание, а через кооптацию, о которой мы говорили в связи с Восленским в первом томе.

Новый класс владеет коллективной собственностью не как отдельные лица, а как класс — через монополию на управление, а не через личный титул.

Прямое попадание в тезис серии

Это ровно тот кейс, ради которого писалась вся книга. Формальная идеология обещала уничтожение элит как таковых — и произвела элиту, которая по функции неотличима от элиты капиталистического общества, которое она свергла: та же передача привилегий через близость к системе, тот же контроль над распределением ресурсов, тот же самовоспроизводящийся круг, тот же железный закон Михельса в действии. Единственное, что радикально отличается, — словарь легитимации, то есть та самая политическая формула Моски: капиталист объясняет своё богатство через рынок и риск, номенклатурщик — через служение классу и партии. Функция богатства и привилегии — идентична.

Что дальше

Джилас смотрел на элиту социалистического государства изнутри одной страны. Американский социолог, писавший почти одновременно с ним, взглянул на элиту собственной, демократической страны — и увидел структуру, которая многих его читателей шокировала не меньше, чем разоблачения Джиласа шокировали читателей за железным занавесом.

ТОМ ВТОРОЙ