Третий голос
Элинор Остром и восемь условий работающей горизонтали
Нобелевская премия за то, что учебники считали невозможным
В 2009 году Элинор Остром стала первой женщиной, получившей Нобелевскую премию по экономике — не за абстрактную модель, а за десятилетия полевых исследований горных пастбищ в Швейцарии, ирригационных систем на Филиппинах, рыболовных угодий в Турции и лесных общин в Непале. Её работа прямо опровергала господствующую в экономике модель «трагедии общин», согласно которой любой общий ресурс без частного собственника или государственного регулятора неизбежно истощается, потому что у каждого пользователя есть стимул выжать из него максимум, не заботясь об остальных.
Остром нашла сотни реальных, работающих десятилетиями и даже столетиями контрпримеров — сообществ, которые управляют общим лесом, полем или водоёмом коллективно, без раздела на частные участки и без назначенного сверху чиновника. Разница с моделью «трагедии общин» была не в доброй воле участников, а в конкретной институциональной архитектуре, которую эти сообщества выстраивали сами.
Восемь принципов
Из сравнения десятков успешных и провалившихся случаев Остром вывела набор условий, которые статистически надёжно отличают устойчивое самоуправление от деградации в конфликт или в навязанную сверху иерархию.
Чёткие границы
Понятно, кто является участником сообщества и какой именно ресурс находится под общим управлением — расплывчатое членство почти всегда ведёт к перегрузке ресурса.
Правила, соответствующие местным условиям
Регламент использования ресурса вырабатывается с учётом конкретной местной специфики, а не копируется из внешнего шаблона — то, что работает для ирригации в Непале, не обязательно подойдёт для рыболовства в Турции.
Коллективный выбор правил
Большинство людей, на которых распространяются правила, имеют реальное право участвовать в их изменении — это прямое условие того, что мы в томе 2 называли конкурентной сменяемостью, только применённое не к государству, а к малой группе.
Мониторинг
Кто-то — сами участники или подотчётные им люди — реально наблюдает за соблюдением правил, а не полагается на добрую волю.
Градуированные санкции
Нарушители получают соразмерное наказание, начиная с мягкого, а не изгоняются или карается сразу максимально жёстко — это сохраняет доверие внутри группы при неизбежных единичных нарушениях.
Механизмы разрешения конфликтов
Есть быстрый и дешёвый способ уладить спор между участниками, не доводя его до раскола сообщества.
Минимальное признание прав на самоорганизацию
Внешние власти — государство или более крупная структура — не оспаривают само право сообщества устанавливать собственные правила.
Вложенные структуры для крупных систем
Для больших ресурсов управление организовано в несколько уровней вложенных, связанных между собой малых единиц — а не в одну гигантскую плоскую структуру.
Ни рынок, ни государство не являются единственными способами избежать трагедии общин — но горизонтальное самоуправление работает только при соблюдении конкретных, проверяемых условий, а не само по себе.
Почему восьмой принцип — самый важный для нашей книги
Обратите особое внимание на последний принцип — вложенные структуры. Остром на практике не находила устойчивых примеров чисто плоской горизонтали в масштабе, превышающем определённый размер группы. Устойчивость в крупных системах достигалась не отменой иерархии как таковой, а её заменой на федерацию малых горизонтальных единиц, каждая из которых остаётся управляемой напрямую, а связи между ними выстроены по договору, а не по подчинению. Это близко напоминает то, что предлагал сам Кропоткин — федерацию коммун, — и одновременно объясняет, почему Михельс был прав применительно к одноуровневым гигантским организациям.
Что дальше
У нас есть теоретическая рамка Кропоткина и Михельса и эмпирическая рамка Остром. Пришло время проверить их на реальном материале. Следующие главы разберут шесть конкретных случаев — от тех, где горизонталь удержалась десятилетиями, до тех, где она рухнула за считанные месяцы, — применяя к каждому одну и ту же аналитическую сетку.
ТОМ ТРЕТИЙ